Два посёлка – один путь: регион-шеф Москва восстанавливает аварийный мост на окраине Луганска

Когда живёшь в небольшом посёлке на окраине большого города, мир часто сужается до размеров одной, самой важной дороги. Той, что связывает твой дом с работой, поликлиникой, школой, жизнью. Для жителей Большой Вергунки и Красного Яра, посёлков на окраине Луганска, такой артерией долгие годы был путепровод над железной дорогой. Он был как старый, верный, но всё чаще подхрамывающий друг: все ворчали на его выбоины, косились на растущие трещины в опорах. Проклинали лужи и гололёд, но и представить не могли, что с ним можно что-то сделать. Он просто был. Пока однажды не пришла новость: мост закроют. На капитальный ремонт.

«Новость о том, что начнётся полная реконструкция моста, меня, как и многих других местных жителей, повергла в шок. Мост – это единственная дорога в город, и не совсем было понятно, как добираться на работу, в больницу. Как возить детей в школу и в садик, да и вообще – как жить дальше?» – рассказывает местная жительница Наталья.

Вопрос «Как жить дальше?» висел в воздухе и будоражил население посёлков. Администрация города предложила объезд. Но это решение многих просто не устраивало: вместо привычных пятнадцати минут – два часа в пробках. Вместо одного автобуса – несколько пересадок.

«Казалось, нас отрезали. Отделили. Снова, как в самые трудные времена в 2014 году, сделали островом, до которого никому нет дела», – вспоминает первые дни Ирина Иванова, жительница Зелёной Рощи.

«А ещё нам казалось, что ремонт затянется на долгие годы, и мы так и будем добираться на „восток“ через весь город вместо пяти минут больше часа», – улыбается Лариса Голубенко.

Местные жители нашли выход. Собственными силами проложили что-то вроде дороги через ливнёвку под железнодорожными путями. В ста метрах от моста. К счастью, администрация города пошла навстречу и просто закрыла глаза на незаконный объезд. Этот туннель работает и сейчас. В нём, правда, две машины не разъедутся. Но водители, как правило, относятся друг к другу с уважением и пропускают. Хотя инциденты бывают разные. Ведь движение никто не регулирует.

Ещё одна проблема – грунт. Импровизированная дорога из-за большой нагрузки очень быстро превращается в полосу препятствий. Но местные и здесь проявляют сплочённость. Собираются по выходным. Собственными силами выравнивают покрытие.

И только вздыхая смотрят, как совсем рядом стоит почти готовый мост, и считают дни, когда его, наконец, введут в эксплуатацию.

Строительство моста над действующей железнодорожной линией – задача повышенной сложности. Здесь нельзя ошибиться ни в расчётах, ни в сроках. Любая неточность в монтаже может поставить под угрозу безопасность людей. Поэтому все этапы тщательно спланированы и согласованы.

«Мы не верили, что строительство закончится в срок, – говорит Андрей Шаповалов. – Насмотрелись за всю жизнь на долгострои».

Когда начали появляться первые новости о том, кто будет делать ремонт, замешательство людей переросло в уверенность, что их мост будет введён в эксплуатацию даже раньше намеченного срока. Ведь реконструкцию финансирует регион-шеф Москва. А это значит, что не просто «проведут работы», а приедут столичные специалисты. Из «Мосгорстроя», того самого легендарного «Гормоста», который отвечает за все мосты и эстакады Москвы. Некоторые местные отнеслись к этому скептически.

«Ну приедут, глянут, бумажки какие-то подпишут и уедут», – в их словах сквозило недоверие.

Оказалось, что ошибались.

Они приехали и остались. В рабочих касках и спецовках с логотипом «Гормост». Привезли с собой современное оборудование и непривычные материалы с громкими названиями – «углеволоконные композиты», «эпоксидные составы», «ЩМА». Для жителей Вергунки, привыкших к тому, что ремонт – это залить выбоину асфальтом до следующей весны, эти незнакомые слова звучали как какая-то фантастика.

Я, как многие, стала невольным наблюдателем. Всё своё детство я прожила в Красном Яру: ежедневно ездила по этому маршруту сначала на тренировки в спортивный зал, затем – на учёбу, став постарше – на работу. Здесь, в Вергунке, сейчас живут мои школьные друзья и родственники. И мне, как и местным, было интересно, как же продвигается ремонт.

«Чего спрашиваешь, приезжай, сама всё увидишь», – говорили мне в телефонную трубку друзья, когда я спрашивала, как продвигается ремонт.

И я приезжала в гости, специально приходила на стройплощадку. Видела, как московские инженеры что-то живо объясняют нашим дорожникам, которые наравне с москвичами участвуют в ремонтных работах. Им что-то показывали на планшетах, разводили руками, снова объясняли. Наших строителей учат, как по-настоящему лечить мосты, а не просто латать их. Диагностировать, усиливать, предвидеть, а не реагировать. Для города, который десятилетиями жил в режиме аврального «латания дыр», этот подход открылся совсем с другой стороны.

Я видела, как старые, обшарпанные опоры будто бы заворачивали в высокотехнологичные бинты из чёрного углеволокна. Слышала, как наши рабочие, перенимая новый метод, с гордостью говорили: «Вот это технология! Как в Москве – на совесть!»

А ещё запомнился один разговор. К нашей небольшой группе зевак подошёл немолодой мастер, судя по говору, москвич. Устало вытер лицо.

«Тяжело?» – спросил кто-то.

«Работа как работа, – пожал он плечами. – Мосты должны стоять. Вот он и стоит. И будет стоять ещё лет 100, наверное», – пообещал прораб.

Сейчас, глядя на уже почти законченный объект, понимаешь масштаб изменений. Это не старый, подлатанный путепровод. Это – новый мост. С мощными ограждениями. С современными фонарями, которые заливают светом всё вокруг, а не только пятно под собой. С рабочим водоотводом, которому теперь не страшны наши ливни. Осталось совсем немного: уложить асфальт, облагородить тротуары, достойно завершить работы.

«Главное – чтобы все отработали слаженно, – говорит Александр Васильев, начальник участка строительства моста на въезде в посёлок Большая Вергунка. – Успех проекта зависит не от героизма отдельных лиц, а от чёткой, бесперебойной работы всей цепочки: от проектировщиков до машинистов кранов».

Когда мост будет открыт, мало кто вспомнит, сколько дней ушло на бурение свай или сколько тонн асфальта было уложено. Но каждый, кто проедет по нему, будет чувствовать результат этой слаженной работы – в каждой минуте, сэкономленной в пути, в каждом шаге, сделанном в безопасности. А для тех, кто строил его, этого, вероятно, будет достаточно.

Светлана ЛИСОВСКАЯ Фото автора

Новость Два посёлка – один путь: регион-шеф Москва восстанавливает аварийный мост на окраине Луганска скопирована с сайта: Донецк Медиа.